Честный зайчик

Жил-был на берегу большой реки, в уютном домике на бревенчатой плотине, мудрый дедушка Бобёр. Усы у него белые-белые, на носу круглые очки, а на плечах зелёная вязаная жилетка. Больше всего дедушка любил лепить из глины красивые кувшинчики. В его кувшинчиках вода всегда была студёной, а чай — сладким.

Однажды вечером Тимур и зайчик Ушастик пришли к дедушке в гости. Дедушка обрадовался и пошёл в дом заваривать чай. А у Ушастика ушки были такие длинные, что, когда он прыгал, ушки прыгали вместе с ним. Вот он и скакал по крылечку — прыг да скок. Прыгнул — и задел новенький глиняный кувшинчик. «Тук!» — и кувшинчик раскололся надвое.
— Что там стукнуло, детки? — спросил из дома дедушка.
— Это не я… Это ветер уронил! — быстро сказал Ушастик.
И тут же у его лапок появился беленький снежок размером с орешек.

— А может, это речная волна плеснула… — добавил зайчик. И снежок покатился и вырос — с яблоко. Потом — с арбуз. С каждой новой неправдой он рос и рос… И наконец совсем загородил тропинку к дедушкиной двери. Снежный ком был холодный, тяжёлый и скользкий: ни оттолкнуть, ни обойти.

Сердечко у Ушастика застучало — тук-тук, а длинные ушки поникли.
— Что же мне теперь делать? Дедушка меня разлюбит? — прошептал он.
Тимур ласково обнял зайчика. Когда ошибёшься, страшно бывает каждому — это совсем нормально.
— Не бойся, дружок. Когда я ошибаюсь, я говорю так: это я сделал, простите, я исправлю, — сказал Тимур.
И тогда из большого снежного кома послышался тихий тёплый голос:
«Правда — лёгкое сердечко, правда — тёплое солнышко…»

Ушастик медленно вдохнул. Тимур взял его за лапку, и они вместе пошли к дедушке. У самой двери зайчик на миг остановился — и смело сказал:
— Дедушка, это я разбил кувшинчик. Простите, я исправлю.
И тут случилось чудо… Огромный снежный ком растаял в тёплом свете и, журча, утёк в реку. Тропинка снова открылась. А сердечко у Ушастика стало лёгким, как пёрышко.

Дедушка Бобёр поправил очки и улыбнулся. Он погладил зайчика по длинным ушкам:
— Спасибо, что сказал правду, малыш. Кувшинчик мы починим, а ты не бойся.
Потом все трое сели у низенького столика на крылечке и склеили половинки кувшинчика мягкой глиной. Ушастик разглаживал глину, Тимур держал половинки, а дедушка провёл по шву тонкую золотую полоску. Кувшинчик стал ещё красивее, чем был.
— Вот, теперь этот кувшинчик — знак нашей дружбы, — сказал дедушка.

Наступил вечер, и над рекой стало тихо-тихо. Дедушка Бобёр угостил гостей мятным чаем. Речка пела колыбельную: «Шур-шур, жур-жур». А в починенный кувшинчик дедушка поставил полевой цветок.
«Правда — лёгкое сердечко, правда — тёплое солнышко…» — прошептал Ушастик, потёр глазки и зевнул.

Тимур тоже вернулся домой и лёг в свою мягкую кроватку. Лунный свет укрыл одеяло серебром. На сердце легко, дыхание спокойное… Раз… два… три… Ночь накинула на реку звёздный платок. И река, и лес, и дедушка Бобёр на своей плотине — все задремали. А Ушастик укрылся своими длинными ушками и уснул. Наш маленький герой тоже сладко уснул. Спокойной ночи, Тимур.